Одиночное плавание. Карельский дневник

фотофотофотофотофотофотофотофотофотофото
01.02.2012

Человек куда идешь ты в этой жизни? Зачем? Что зовет тебя в путь? Для чего живешь ты на земле? Вечные вопросы, нет и не может быть на них одного ответа. Порой что бы понять себя самого надо побыть одному. И когда твоим собеседником станет ветер, спутником волна, а другом лес. Однажды увидев восход солнца, почувствовав себя малой частицей великого царства природы, быть может ты вдруг поймешь зачем живешь на свете.

            04.07.2001 г. Поезд, стук колес и ты опять в одиночку уходишь в неизвестность. Всегда трудно сделать этот шаг в тамбур вагона, оставив здесь дом и друзей. Что ждет тебя там? Какое-то щемящее чувство в груди всегда мешает тебе. Но если, остаться потом будет еще тяжелее.

            Дорога. В купе еду один. И вообще в вагоне едет всего двенадцать человек. Хочется вернуться, потому что грядущее всегда немного страшит. Правда у меня есть примета – если ехать не хочется, поездка должна быть удачной. Но сейчас есть не нежелание ехать, а какая-то тоска. Это неизбежность. От нее не уйти. И тебе придется через это пройти и смириться. Кажется, что ехать еще долго, но ты знаешь, что это обманчиво.

            06.07.2001 г. 4 утра. За несколько километров до станции Энгозеро, рядом с дорогой стоял мотающий головой, чтобы отогнать насекомых северный олень. А платформа встретила одиноким мужиком на грузовом УАЗе, предложившим подвезти. Копающийся огородник. Увидев меня, вышел за забор и посоветовал, где лучше выходить на воду. 5 утра. Выход. На своей повидавшей и огонь и очень много воды надувной резиновой лодке я один в который раз ухожу в многонедельное путешествие по бескрайним просторам нашей страны.

В протоке посреди деревни плавал белый лебедь, улетевший при моем появлении. Пройдя протоку, на плесе попал под ветер. Он был даже не шквальный, тот дует с перерывами. Этот же дул постоянно с силой шквала. Стоять в деревне, пережидая непогоду неприемлемо, потому пытаюсь уйти. Ветер дует в лицо. Волны более полуметра. Прогребя, полчаса оглянулся. Ветром отнесло сильно вбок. За все это время практически не сдвинулся с места. Бросаю грести, и меня тут же выносит на камни в стороне от деревни. На берегу утеплился и получше упаковал рюкзак. Идти вперед невозможно. Сижу и пишу эти строки. Сколько еще придется ждать затишья? Встал на полуострове. За мной из озера вытекает еще одна речка. Это Калга. Река интересная, но короткая. В лесу много зеленой черники, цветет брусника. Кругом заячий помет. 16 часов. Ветер нисколько не утихает. Не хотелось бы здесь сидеть несколько дней. 20 часов. Проснулся от тишины. Ветер почти стих. Собираю лагерь и выхожу.

            После сидения на месте, наступило состояние азарта, наконец-то двинулся в путь. Кругом встают, поросшие соснами скальные острова-признак севера. Путешествие началось с ночного перехода. Хотя ночью также светло, как и днем. В 4 утра с непривычки выдохся и встал на отдых на песчаном пляжу. Потом я часто буду делать стоянки на пляжиках. На песке мягко и удобно спать. Купаться при песчаном дне намного приятнее, чем на каменистом. Да и как правило пляжи более открыты для ветров, которые отгоняют мошку. И если правильно выбрать стоянку, то можно даже на севере не страдать от комаров.

            07.07.2001 г. 13 часов. Небо чистейшее. Тишина. Солнце нещадно палит. На озере почти полный штиль. И днем и ночью иногда вылетают и садятся на воду веснянки, которых местные называют сиговками за то, что их любит сиг. У них даже примета такая есть – если полетела веснянка, жди активного клева сига. Странно, но я за все время только один раз видел, как кто-то съел эту бабочку. Наконец-то пойманы первые два окуня. Потом они были церемониально закопчены и если можно так выразиться в торжественной обстановке съедены. Странно, но нет грибов. Обычно в это время их пропасть. Морошка только появляется. Днем неосмотрительно снял рубашку и в результате сжег плечи и живот.

            Но вот задул сильный боковой ветер, мешающий идти. Кроме того, изрядно устал. После дневного перехода разбиваю лагерь, как и в прошлый раз на пляжу. Учитывая, что на предыдущую стоянку пришел в 5 утра, а ушел в 15 часов есть желание восстановить нормальный распорядок дня.

В углу пляжа десятка два кучек глухариного помета. Кстати уже не раз замечал, что на севере глухари очень часто для токов выбирают места песчаных пляжей. Разобрав рюкзак, отдыхаю, раздевшись до первобытной формы одежды. Здесь это можно себе позволить. Людей нет в принципе. В результате к обгорелым плечам добавляется обгорелая задница.

            Спать ложусь в 23 часа. Но, проворочавшись час понял, что не засну. Открыв молнию палатки, вижу, что в 15 метрах от меня на мелководье кормятся три чомги. Осторожные птицы не воспринимали палатку как опасность. И даже на меня не обращали внимания. Но как только вылез, тут же улетели. Даже правильнее было сказать убежали, хлопая по воде лапами и крыльями. На улице не смотря на полночь абсолютно светло и тепло. Солнце сядет только через полтора часа. Вылез в одной тельняшке и сапогах на босу ногу, зачерпнул кружку прозрачной как слеза воды из озера, развел в ней сухого молока до консистенции сливок и схомячил пару пряников. Вот оказывается чего не хватало для сна.

            08.07.2001 г. Спал все равно плохо. Поэтому окончательно проснулся только в обед. Вечером провел ориентировку. До выхода из Энгозера осталось совсем немного. Однако обойдя все заливы не нашел никакого выхода. Ночью прошел первый мелкий дождь. Днем жара. Вдоволь накупался на пустынном пляжу. Но для этого пришлось изрядно отойти от берега – глубина нарастает очень медленно.

            На спиннинг поклевывают окуни. Но вот после очередного заброса блесну хватанула щука. Пару раз она попыталась запутать леску за кувшинки, потом завести под лодку. Наконец принимаю ее в подсак. При этом она выпрыгивает из воды, одновременно из сачка и выплевывает блесну. Возникло чувство, что сделала она это совершенно хладнокровно, уверенно, без лишней суеты и нервозности. Профессионально, одним словом. Сволочь. А я остался без жаркого на вечер. После этого два раза сходят крупные окуни. День какой-то невезучий. Третьего крупного окуня наученный горьким опытом я принимаю в подсак. И не зря там он и освобождается от крючка. Сразу за ним сходит мелкий
окунь. Болван хотя бы перед Карелией не поленился наточить крючки. 

            Целый день ищу эту старую разрушенную плотину, являющуюся единственным ориентиром выхода из озера. Но вот вдалеке показалось подозрительное сооружение. Оказалось, что плотина это не плотина в обычном понимании этого слова, а каменное сооружение перегораживающее на три четверти плес, длинной около 300 метров. В конце озера за ней полуостров. На нем и встаю. Эта мысль приходила не только мне одному. На мысу много следов стоянок. А дров мало. В нескольких местах свежий глухариный помет. Все покрыто ковром брусничника. Но, тем не менее, как-то неуютно. Может виною то, что кругом на горизонте все обложено тучами и видно как идут дожди. Рано или поздно они дойдут и до меня. И хотя до захода солнца еще два часа из-за налетевших туч сумрачно. А может начался кризис одиночки. Когда неделями не видишь ни души, иногда бывает такое накатывает. Вообще как-то действительно грустно. Один на заброшенном, хрен знает, где острове. Сидишь себе у костра и кроме криков чаек ни какого голоса. Одиночество. Так ли оно необходимо? Кто-то не может обходиться без общения. Но мне кажется большинству людей иногда оно нужно. Но встает вопрос, в какой мере? Жизнь на таком острове идеал спокойствия, но в какой-то мере грусти и тоски. В такие минуты начинаешь задумываться и о смысле жизни. Для чего мы живем? Есть, пить, спать, оставить потомство? Слишком просто. Так зачем же? Для чего нам дано сознание? Питаться и размножаться можно и без оного. Кто из живущих ответит на этот вопрос? Так и ищем всю жизнь, каждый по своему ответ и не находим. Но вот и дождь пошел. А на горизонте видно странное багровое зарево. Как будто встает или садится солнце. Но солнце при этом совершенно в другом месте. Что бы это могло быть?

Карелия

            Наконец закипел котелок. Развожу картофельное пюре и достаю из углей запеченных окуней. А жизнь то налаживается. На душе становиться веселей. После дневной жары приятно обдувает свежий ветерок.

            Ночью кто-то стал шуршать на дереве над палаткой. Как только я расстегнул молнию спальника, чтобы вылезти посмотреть, раздался громоподобный шум крыльев и этот кто-то улетел. Кто бы интересно это мог быть? И почему я не слышал, как он прилетел?

            09.07.2001 г. Иду по Пайозеру. В конце протоки в Чогозеро вылез на берег сориентироваться и размять ноги. Как только ступил на берег, в 20 метрах от меня откуда-то выскочил и убежал в лес, задрав белесый хвост, северный олень. А вообще их следов по берегам очень много. Особенно на островах. Они там спасаются от гнуса. Его с хорошо продуваемых островов сносит.

            Наконец нашел первый подберезовик. Весь такой беленький чистенький. Будет чем вечером наполнить суп. Потихоньку начал дуть сильный встречный ветер. Пройдя в общей сложности 3 часа вынужден встать на острове. Размеры острова 70 на 15 метров. Главное есть дрова. За островом тишина. И сразу резкий свал в глубину. Хорошее место для ловли. Поставил вертушку и с первого заброса крупный окунь. В ночное, чуть не написал темное, время суток в брусничном ковре везде шуршат лемминги. Хочется сказать и сталинги. На другой стороне озера, километрах в двух видел шедшие байдарки. Люди я вас не видел неделю, придите сюда. Но люди, наверное даже не заметили меня.

            Второй вечер я совершаю обряд пожигания противокомариной спиральки в палатке, обладающей запахом индийских благовоний. Как не затыкай дырки, к утру несколько штук умудряются залезть. Хотя комаров практически нет. Для этого я специально выбираю места для стоянок хорошо продуваемые ветром. Но утром, когда ветр стихает, они все же умудряются залезть в палатку.

            10.07.2001 г. Проснулся в 5 утра. Что за чертовщина? Сна ни в одном глазу. Позавтракал опять печеными окунями. Пока ел на расстояние 20 метров подплыли три чомги. Те это или другие, что были раньше? Кажется, что даже птицы на озере привыкли ко мне, подлетают совсем близко. Видят, что не стреляю. Какие-то они здесь крупные. А вот и утка пролетела. Эта ученая. Облетела за километр. Постоянно кукуют кукушки. Странно, я думал у них брачный сезон закончился. Хотя я могу и ошибаться. А может здесь на севере он еще продолжается. В десяти метрах откуда-то вынырнул и пролетел мимо ястреб-перепелятник. Прямо птичий день какой-то.

            Иду дальше. Кажется заблудился. То, что я думал Чогозеро им быть не может. Размеры не те. По карте озеро не шире километра, а здесь плес километров пять на семь. Придется возвращаться. Ветер естественно встречный и достаточно сильный. Перехожу к другому берегу.

            Похоже я в районе острова Лопарский. До Воньги еще километров пятнадцать. Где я вчера петлял одному богу известно. И шел то, все время по компасу. И ведь все озера и протоки точно соответствовали своему размеру и направлению.

            Пережидаю в протоке встречный ветер. Мимо опять пролетела какая-то неизвестная здоровая хищная птица. Черные крылья белая грудь. Делать нечего. Иду ловить рыбу. Вот и первая щука. Эта не ушла. Некрупная, но на уху и жареху одному хватит. Сегодня больше не ловлю – не съесть. Рядом со стоянкой нашел раскопанную песчаную ямку с камешками. Судя по всему глухариное порхалище. Они сюда прилетают клевать гальку. Ну, естественно все вокруг уделано. Приеду как-нибудь в Карелию с ружьем допрыгаетесь. В выходящем скальнике красивые выходы кварца и красного гранита.

            Как только подумал об ухе, сразу захотелось есть. А ни сварить ли ухи прямо сейчас? Пожалуй так и стоит поступить. О, господи, как мне плохо. Я сожрал котел ухи, который иногда растягивал на три дня. И зачем я столько жрал? А в общем-то и не есть тоже не мог. Ради такой ухи стоит жить (я не имею в виду жить, чтобы есть). Но мне плохо. Ощущение, что съел жидкий кирпич. Ну, когда же закипит чай. Может хотя бы им удастся смыть поглубже в желудок эту рыбу.

Я лежу на громадном, выступающем из земли валуне, образующем естественное кресло. Я разулся и разделся. Меня обдувает прохладный ветерок, отгоняя насекомых, а деревья защищают от палящих лучей солнца. Сознания у меня нет. Я растение. Наверное, доза какого-нибудь героина вызывает те же ощущения. Тогда я понимаю как от него трудно отвыкнуть. Тогда, что же котел свежей ухи на природе равен дозе героина? Мне лень думать над этим, я не буду над этим думать, я подумаю над этим завтра. Может быть.

            На стоянке растет прямо из скалы сосна. А пока я спал рядом выросла сыроежка. Во дела. Надоело сидеть. Два часа греб против ветра. Чуть не сдох. Хорошо, что подвернулась хорошая стоянка. Впереди на большой воде вообще кошмар. Сил моих больше нет. Одна радость в жизни мое любимое молоко с пряниками. Что бы я без вас делал?

            Надо разбивать лагерь. Иду за дровами. Но, что это? Два подосиновика. И если я скажу, что большие то, ни скажу ничего. Выросшие практически из одного корня каждый из них больше суповой тарелки. Что-то давненько не ел я жареных грибов. Забегая вперед, скажу, что за три последующих дня удалось съесть только одну треть от массы грибов.

            11.07.2001 г. Встречный ветер усилился. Сплю. Сидение на месте действует на нервы. Одно дело, когда ты сам встал на дневку, а другое когда вынужден бездействовать из-за непогоды. Уже не первый день иногда между перерывами в вое ветра слышаться голоса. Интересно к чему бы это? В 23 часа приутих ветер. Сразу выход. Ну и надоели мне эти ночные переходы. К сожалению, далеко пройти не удалось. В 4 утра ветер подул снова. Встаю на пляжу.

            12.07.2001 г. С утра искупался и устроил постирушку. А в 11 утра ветер стих. Собрался, иду. Иду, иду, иду. Вот она. В 19 часов слева в отнорке появилась наконец-то плотина. Не осматривая прохожу через левый слив. За плотиной Пайозеро. Как всегда сильный встречный ветер. Сразу за плотиной слева рыбацкая избушка. Около нее и встаю. Вечером на моторке подваливают местные рыбаки. Неплохие ребята. С ними и коротаю ночь.

            13.07.2001 г. Ветер сильный, но решаю все равно попробовать уйти. С большим трудом перехожу Пайозеро и вхожу в Чогозеро. Рыбы море. Я ловлю по принципу поймал-отпустил. Никогда бы не поверил, что дойду до такого кощунства. Около второй плотины встретил байдарку с туристами из Москвы. Ага, попались. Они не ловят рыбу! Я злорадно скармливаю им свежепойманную щуку и окуней. Вместе с новыми знакомыми Костей, Юлей и пятилетним Петей проходим плотину по правому сливу. За ней узкая протока с шиверой. Дальше протока расширяется. Пройдя, еще немного встаю на ночлег. Вечером с девичьим визгом мимо пролетают две байдарки. Люди, разбредшиеся по озеру начинают собираться в реке.

            14.07.2001 г. Утром не успел пройти и километра как на берег выскочили две симпатичные девчушки и попросили крючок для рыбной ловли. Ну, разве я мог отказать таким девушкам? Конечно же я дал им крючок. А еще прямо из под ног вытащил двух приличных щук. У меня рыбы было выше крыши, поэтому этих щук я подарил им. За что был накормлен кашей и напоен чаем. Девушек зовут Нина и Надя, а кроме них на байдарках идут Алексей и Анатолий. Это еще одна московская группа туристов, с которой потом постоянно пересекался. Стояли они на омуте, которым начинался небольшой порожек. Проскочив его попал в Пильдозеро. После Пильдозера прошел под мостом. До и после моста пришлось продираться через сплошные заросли водной растительности. А затем попал в другую протоку. Вот тут то лодку и настиг ветер. Более сильного ветра не было за всю поездку. Меня догнали жуткие тучи и из полного штиля, предшествовавшего буре, не более чем за пять секунд, ветер превратился в ураганный, мгновенно выкинув мое утлое суденышко на берег протоки. Небо со всех сторон до самого горизонта обложено черными тучами и идет ливень. Около часа на берегу пережидаю все это. Здесь же нашел и съел первую горсть черники, которая начала потихоньку поспевать. Но грозы проходят быстро. Постепенно дождь и ветер начали стихать. И я вышел во вторую часть Пильдозера.

Сразу определить, где выходит из озера река было трудно и мне пришлось, оставив лодку пройти посмотреть одну протоку. Вдруг на другой стороне я увидел двух оленей. Их серые спины то и дело мелькали в кустах, через которые они шли. Какое-то время я шел следом за ними. Но вот и они увидели меня. Курлыкнув “олени” расправили крылья и поднялись в воздух громадными серыми журавлями. Оказалось, что с большого расстояния, да через кусты я перепутал этих птиц с животными.

Выход из озера начался с порожка. Выловив там щуренка, пару окуней и чью-то блесну пошел дальше. К этому времени небо, обложенное до горизонта расчистилось. После еще одного разрушенного моста прошел протоку, периодически вытаскивая по ходу окуней. Затем еще порожек и слева на берегу прекрасная стоянка. Вот на сегодня и все. Кстати я уже несколько дней стал замечать, что ночной гул ветра почему-то похож на работающий вдалеке двигатель.

            15.07.2001 г. Еще один день. Чудной, впрочем, как и все остальные. С утра дует ветер. Не уйти. Целый день спал как свинья. Спал и ел копченую рыбу с чаем. Получился очень удачный засол. В 18 часов показалось, что ветер стихает. Поэтому, не спеша прохожу, попутно облавливая, протоку с порожками. Клюют окуни. Но вот один добежал за блесной до лодки и какая неудача, не успел схватить блесну-убрали. Окунь встал рядом с лодкой и стал во все стороны вертеть головой. Я опускаю ему блесну и он тут же виснет на ней. На шум возни приплыла целая стая рыб. В прозрачной воде все было хорошо видно. Я подсовываю вертушку под нос самому большому. Его не пришлось долго уговаривать. Несмотря на то, что блесна даже не играла, он сразу схватил ее и был втащен в лодку. А сразу за ним еще два его товарища. После этого стая удалилась. В этом не было бы ничего оригинального если бы окуни не были достаточно большими-порядка 300-400 грамм.

Очередная поклевка и к борту лодки я подтащил язя. Только отпустил ручку катушки, чтобы взять подсак, как он тут же смотал под лодку метров пять лески, да и был таков. Сам виноват, не надо забывать ставить катушку на тормоз.

В 20 часов выхожу к Синдамозеру. Там опять встречаюсь с Алексеем, Анатолием и девушками. Для их байдарок встречный ветер нипочем и они уходят, а я до 22 часов сижу на берегу. Но вот вроде и он чуть-чуть стихает. Прилагая немалые усилия, за полтора часа прохожу озеро. Как только вхожу в Мурамозеро и поворачиваюсь к ветру спиной, он тут же стихает совсем. И до 4 утра пока переходил озеро, не было ни ветерка. По пути наловил еще окуней.

Что-то долго иду я по Мурамозеру. В начале входа в озеро есть волок значительно сокращающий переход. Я поленился тащиться через него и вот теперь вынужден грести, огибая узкий вытянутый полуостров. Но что-то слишком долго он тянется. Вдруг справа в ночной тишине улавливаю шум порога. Пристаю к берегу. Шум слышится явно из-за леса. Надо сходить посмотреть. Идти приходится долго. Около двух километров, сначала поднимаясь, а потом спускаясь по покрытой лесом горушке. Но, вот и порог. Небольшой, мелкий, а столько шума.

Пока ходил по лесу вспугнул глухарку. Наконец-то увидел живьем, а то один помет. Даже оленей видел, а глухарей нет. Спать не хочется, но чувствую, что устал. Чищу на завтра, а вернее уже сегодня рыбу и в 7 утра ложусь спать.

            16.07.2001 г. Все обложено и идет дождь. Нужно вылезать и накрывать палатку – протекла. За две недели расслабился и перестал это делать. Вот и пришлось неожиданно вскакивать и под дождем бегать с тентом. Дует сильный верховой ветер. Значит скоро должен разогнать облака. Правда, обложено все так, что непохоже, что это можно вообще разогнать. Тем не менее к вечеру он кончается.

С костром проблема. Разом сдохли две, взятые с собой зажигалки, а от мокрых рук отсырело два коробка спичек. При этом береста не горит, мелкие сосновые веточки не горят, сосновый сруб не горит. Решил сделать все серьезно. Разрубил сосновую сушину и из сухой сердцевины разжег огонь. Хотя за всю жизнь в общем-то еще не было случая, чтобы я не смог развести костер. Просто иногда лень подходить к делу капитально.

На радостях варю двойную уху. А остатки улова копчу впрок. Появилась первая спелая морошка. Сегодня решил не выходить. Лучше уж завтра спокойно с утра.

улов

            17.07.2001 г. Проснулся, как и собирался в 6 утра. В 8 выход. Небо чистое, ветер на удивление попутный. Пока шел наткнулся на травяной островок. Несколько окуней, которых отпустил, затем щучка. Но вот блесну взял язь, а за ним плотва, потом еще одна. Причем они не забагрились, а именно клюнули и засеклись, да еще и не крупные-грамм на 150 не больше.

Перед порогом река, как и во многих других местах образовала большой залив. Идя вдоль, заросшего водной растительностью берега я подбрасываю под траву блесну. Уже было поймано три щуки, как вдруг при очередном забросе кто-то рванул леску так, что фрикцион катушки жалобно, а самое главное непрерывно запел. И этот кто-то потащил лодку, постоянно стаскивая леску с тормоза. Когда удалось поднять рыбу к поверхности воды я увидел, что это щука килограммов под десять. После этого рыба быстро сориентировалась и затащив леску в тростник моментально навязала несколько снопиков обвязав их естественно моей леской. Шансов вытащить ее у меня не было. Можно было побороться на открытом пространстве, но здесь в траве я был бессилен.

Мне не было жаль упущенного трофея. Рыбы было вдоволь. Наоборот, осталось чувство поединка с достойным соперником. После щуки, в этом же заливе я взял трех язей килограмма по полтора-два. К слову сказать, ни один из них не смотал ни сантиметра лески с фрикциона, не смотря на то, что язь рыба весьма сильная и пришлось изрядно повозиться, чтобы просто подтащить их к лодке и взять в подсак. Это я о размерах щуки. Но после такой нагрузки на катушку она начала заедать. А к концу дня почти совсем вышла из строя.

Рыбалка это хорошо, но нужно идти дальше. Я вошел в порог. Воньга на своих первых километрах представляет практически один сплошной порог. К счастью для меня пороги такого уровня не представляют никакой трудности. Единственная неприятность это то, что они все очень мелкие и хочешь ни хочешь, а периодически приходилось тереться днищем о подводные камни.

Но вот впереди заливчик между двумя порогами. Кто-кто у нас в пороге живет? Я кинул блесну влево и в момент падения ее кто-то дернул и повел в сторону. Но через несколько метров сошел. Сразу развернувшись, бросил вправо в точно такой же заливчик. И точно так же в момент падения последовала точно такая же поклевка. Мне не удавалось подвести рыбу, а лодку между тем несло в порог. Как можно быстрее и в то же время со всей осторожностью я подтаскивал к себе невидимого противника. И уже почти в начале порога его удалось подцепить сачком и тут же взяться за весло, направляя лодку в нужное русло. Это был язь. Да какой. Явно за два килограмма. Так вот кто в пороге живет. Потом удалось взять еще двух таких гигантов, но уже со струи порога.

На стоянку встал на выходе из озера Гагаринское. Пока ставил палатку, очень удачно подошли Костя с Юлей. Появилось, кому отдать половину щук и язей. Потом поставил палатку, разобрал рюкзак, развел костер и пошел в лес за дровами. Не успел сделать и двух шагов, как не далее тридцати метров от меня взлетел глухарь. Он все это время, пока я занимался своими делами у меня за спиной втихаря ел чернику, которой в этом месте поспело великое множество.

А вечером на ужин был жареный язь и уха из щучьих голов. Непередаваемо. За едой мне на колено села большая стрекоза, которая принесла и села съесть среднего размера слепня. Мешать ей не стал. Пусть ест гадов, а то кусаются. А у меня на десерт два стакана черники, которую не успел склевать глухарь

            18.07.2001 г. С ночи опять обложной дождь. Выход в обед. Интересного нечего. Пороги и озера, озера и пороги. Вечером встал вместе с Алексеем и Анатолием и их спутницами. Впереди озеро Собачье с серьезными порогами.

речные пороги

            19.07.2001 г. Ребята на байдарках ушли вперед, благо скорость позволяет, а я потихоньку за ними. До Собачьего дошел быстро. Даже ветер попутный. Как будто подгоняет, мол лезь, лезь в порог. В начале порога перед лодкой реку переплыл какой-то зверек. Я сначала думал – выдра. Но когда он вылез на берег увидел, что это норка. Удивительно как такой маленький зверек довольно бойко переплыл достаточно сильный порог. Вылез на берег встал на задние лапки в позу сурка и уставился на меня. Я повернул лодку и подплыл к нему. Зверек перебежал на соседний камень и опять встал, разглядывая меня. Любопытство пересилило, чувство опасности. И только когда я подплыл к нему еще раз, скрылся в кустах.

Зрелище сильного порога всегда завораживает. Как дикий зверь в клетке. Подойти подойди, но попробуй сунься в клетку. Порог Собачий длиной около километра с многоступенчатым водопадом посередине. Сам порог я прошел, водопад обнес. Можно конечно было и прыгнуть, если бы хоть кто-то был на страховке (выловить бездыханное тело). Но как назло все группы прошли.

А через пять километров за Собачьим озеро на выходе, которого еще один серьезный порог – Вяккер. Порог длиной тоже около километра. При осмотре метров за двести я наткнулся на три метровые ступеньки. И это серьезный порог? Хорошо, что что-то подсказало пройти дальше, хотя показалось порог кончается. Еще метров через двести несколько мощнейших косых сливов, заваленных, как и в Собачьем камнями. В подтверждении серьезности порога на скале привинчена табличка, что здесь в 1987 г. погиб парень из Смоленска. Да, влетел бы я поленись пройти посмотреть. Я долго решал идти в порог или нет. Время было ночное, было мрачно, да и табличка навевала на мысли. И все же я рискнул.

Учитывая, что вы читаете эти строки я остался жив. И даже не перевернулся. Из лодки котелком вычерпал более ста литров воды. Сапоги были залиты полностью, а на одежде ни одной сухой нитки. Но порог я прошел. Перед самым опасным местом, буквально перед носом у меня, через бешено несущуюся струю метра на полтора из воды выпрыгнула семга. Но мне было не до ловли. А через три километра я встретился со всеми своими новыми друзьями. Все вместе они стояли на высоком берегу в месте последней стоянки. До станции оставалось четыре километра. Вначале похода я хотел пройти еще километров тридцать по Белому морю и выйти к более крупной станции, но учитывая, что уже начали лить обложные осенние дожди и самое неприятное дуть сильные морские ветра передумал. На своей тихоходной лодке я не смог бы идти против такого ветра, поэтому это была наша последняя общая стоянка. Утром к нам зашел местный парень и принес на продажу семгу. Примерно такую же как выпрыгнула около меня. Та ли это была рыба или нет я не знаю. Рыбу у него никто не купил. Но похоже это его не удивило и не разочаровало и он ушел обратно.

Станция на которую мы должны были завтра выйти уже не существовала, но там останавливался почтово-багажный поезд, собирающий путейцев. На нем мы и отбыли восвояси.

Сергей Гуляев